Елена Никиткина
Цикл "Секс с богами"
Леда и лебедь
К замужеству Леда привыкла быстро и безо
всяких там сомнений и
рефлексий... Она оказалась замужем, хотя была совсем еще юной, и ей
даже нравилось, что все так и осталось, как было раньше, и она живет
по-прежнему в доме отца, только теперь вместо отца о ней заботился муж.
А потом появились и дети. Заведенный порядок вещей не нарушался, она
чувствовала себя счастливой и удовлетворенной. Пока в один прекрасный
день не оказалась на берегу пруда. Просто пришла посидеть в тени. Вдруг
тень скрыла ее ото всех. Вот так, просто стала загустевать и
превратилась в непроницаемый туман.
- Как же это, - подумала Леда, - ведь не бывает такого тумана летом.
Но не испугалась, а продолжала сидеть в этой странной, но прохладной
туманной тени.
И даже закрыла глаза. Ей показалось это правильным в таком тумане. На
что тут смотреть?
Лето было такое жаркое, и Леда пользовалась любой возможностью, чтобы
снять с себя одежды.
И сейчас, сидя с закрытыми глазами, Леда была обнажена. Ее тело
чувствовало сырость земли, там под травой, на глубине, и это было очень
приятно. Сухие травинки кололи ее и она улыбалась. Шорох почудился
Леде... Да. Все явственней. Она хотела посмотреть, что это там, но
туман стал совсем опаловым, переливающимся всеми цветами радуги. Она
чувствовала приближение чего-то, ее коснулись легкие прохладные
пальцы... Нет, что-то больше похожее на шелк, нет, не шелк, лепестки,
нет, о! крылья...
Голос тихий, но гремящий дальней грозой в низких регистрах, сказал:
- Леда!
И она вздрогнула и прошептала
- Кто это? Кто это здесь со мной?
Ее руки сами нашли в тумане что-то мягкое, пощупали. Да, крылья. А вот
и шея, клюв. Шея длинная, это, наверное, лебедь. Вот у нее на бедре
угнездилась кожистая прохладная лапа. А вот вторая, опустилась на
траву, так что оказалась стоящей на земле у Леды между ног. Вот все
огромное трепещущее тело лебедя прижалось к ее животу, крылья уперлись
ей в предплечья и Леда откинулась назад. Сердце лебедя билось так
часто, что у самой Леды почти не оставалось дыхания в груди. Туман в
глазах мерцал, Леда двигалась в лад с движениями гигантской птицы,
чувствуя себя пойманной, посаженной в клетку, прутья которой сдавили ей
тело... Нет, не крик, а какой то клекот вырвался у нее и слился с
криком лебедя... Леда опять стала чувствовать свое тело, травинки под
ней опять стали колоться...
А туман рассеивался прямо на глазах. Стал виден пруд, по воде плыл
лебедь, голова клонилась вниз, а крылья наоборот были подняты. Еще
секунда и он поднялся в воздух, разбрызгивая воду так, что над прудом
встала небольшая радуга.
Леда была беременна больше года. Это тяготило ее, пугало мужа и
вызывало толки в городе. Но вот - счастье, роды начались. Привычная
боль пришла как облегченье, все как обычно, все это уже было с другими
детьми. С последним криком она выдохнула из себя боль. Но теперь
закричала повитуха:
- Яйцо! Царица, вы родили яйцо!
На крик прибежал муж и служанки. Повитуха показала Леде большое белое
сверкающее яйцо. Еще секунда и по яйцу пошли паутинкой трещинки. Вот
трещинки набрали силу и сломали эту белую сверкающую оболочку. Осколки
посыпались на белый мраморный пол и каждый осколок разбился еще на
тысячу. Повитуха стояла не дыша, вытаращив глаза на младенца, уютно
лежавщего в белой чаше у нее на руках. Царь взял ребенка и увидел, что
это девочка. Никогда еще не рождалась более совершенная красота. Ее
назвали Еленой. Так боги хотели показать людям, что даже в самом
прекрасном таится, как в зерне, росток кровавого будущего.